Инфекционные болезни

Эти цифры, во-нервых, показывают, что выраженность местной реакции отчетливо возрастает при переходе от первой инъекции ко второй: это, естественно, объясняется тем, что количество вводимой вакцины увеличивается вдвое (от 0,5 до 1 мл). Во-вторых, в большинстве случаев имелись не только умерсппыо реакции, но и сильные, t большими площадями гиперемии и отека,встречавшиеся довольно часто (13,0% и 20,0% при второй и третьей инъекции). В то же время никто из авторов не наблюдал таких неблагоприятных последствий инъекций, как нагноения, длительно но рассасывающиеся инфильтраты и т. д.; даже резкие местные явления через 4—5 дней исчезают без следа,
В некоторых случаях инъекции вакцины М. К, Кронтовской вызывали и общие реакции, в частности, лихорадочные. На них указывают все авторы, описывающие более или менее подробно «реактивность» вакцины. М. К. Кронтовская говорит о разбитости, головной боли, повышении температуры на 1—2°, наблюдавшихся у 25,0% привитых; опа же в сотрудничестве с Е. II. Савицкой н В. Г. Яременко отметила 30% таких реакций и из них половину с высокой температурой.
Н. Д. Анииа-Радчеико также наблюдала у большинства привитых после второй нлн третьей инъекции общие реакции, заключавшиеся в появлении чувства разбитости, боли в мышцах, головной боли й повышении температуры тела; у части вакцинированных отмечалось только -недомогание большей или меньшей степени. Длительность подобных реакций колебалась от нескольких до 15—18 часов.
Общие реакции в процессе вакцинации описали Е. П. Перекре-<ггова и С. Г. Островская; общее количество их колебалось около 2—2,5 %, лихорадивших после вакцинации оказалось от 0,6 до 1,0%, резко лихорадивших—от 0,3 до 0,5%; наименьшее число реакций наблюдалось цри третьей инъекции. А. С. Кривиский и Л. Ф. Комарова наблюдали только слабые и умеренные общие реакции; число последних вариировало от 2,3% (вторая инъекция) до 0,8% (третья инъекция): таким образом, и здесь число этих реакций к концу вакцинации убывало.

Существенное дополнение к этим данным представляют результаты внутрпкожных проб у вакцинируемых, поставленных с риккетеиозньш антигеном (Г. Н. Тейтельбаум); контролем служила взвесь, приготовленная из легкого мыши с добавлением 0,2% раствора формалина, по без риккетсий.
У здоровых людей в подавляющем большинстве случаев (90,0% или более) реакции выпадали положительными и довольно ярко выраженными: площади гиперемии через 24 часа равнялись в среднем 8,7 сма, через 48 часов—9,6 см2 и через 72 часа—5,8 смг; одновременно отмечались отеки, инфильтрация и болезненность на месте введения. Пробы были повторены через 2—3 недели до окончании курса вакцинации; на этот раз соответственные цифры равнялись только 5,3—4,1—2,7 см2, отек не обнаруживался; инфильтрация и болезненность были слабее выражены и исчезали быстрее (к 72 часам). Реакции, вызывавшиеся в веде пнем взвеси легкого здоровой мыши, были в обоих случаях одинаково слабыми.
Таким образом, интенсивность реакции после вакцинации уменьшалась, т. е. шла по типу угасания; одновременно никаких признаков развившегося в результате прививок аллергического состояния обнаружено не было.
Объединяя все имеющиеся данные, можно заключить, что противосыпнотифозиая вакцина М. К. Кронтовской содержит токсический компонент, введением которого и объясняется ряд наблюдаемых явлений.
Можно думать, что положительные внутрикожные реакции у здоровых и местные изменения у вакцинируемых зависят от первично-токсического воздействия вакцины на кожу и подкожную клетчатку; этим же токсикозом объясняются вызываемые вакцинацией изменения со стороны центральной нервной системы. Что же касается изменений органов ретикуло-эндотелиальной системы (селезенки и печени), увеличения в крови количеств моноцитов и появления в ней гистиоцитов, то, вероятно, эти явления аналогичны наблюдаемым при сыпном тифе и связаны с проникновением в кровь массы убитых риккетсий и поглощением их клетками ретикулоандотелия, т. е. с процессом, также соответствующим тому, что имеет место ори данной инфекции.
Реакции на впадение вакцины (при всей глубине их воздействия на организм) в подавляющем большинстве случаев легки или умеренны и только изредка—резки и тяжелы. М, К. Крощовская, основываясь на вакцинации значительных контингентов, считает, что противосылнотифоз-ную вакцину из легких мышей можно отнести к малореактивяым препаратам, так как «реактивность* ее значительно ниже, чем у тривак-цины.
По данным Г, А. Знаменского, прививочная кампания 1944 г. показала, что вакцина М. К. Кронтовской обладает малой «реактивностью» и никаких осложнений не дает; поэтому она могла быть использована в любых условиях.

Вторым следствием введения вакцины в подкожную клетчатку является развитие местной реакции. Оценка ее имеет существенное значение, так как при более резких реакциях, связанных с образованием болезненных инфильтратов, функция руки (если инъекция, как обычно, производится в задпебоковую поверхность плеча) может быть в течение нескольких дней затруднена. Однако в этом отношении встречались некоторые затруднения, заключающиеся в том, что вакцины, изготовленные различными институтами, отличались друг от друга по силе вызываемых ими местных реакций.
В общем местная реакция начинала выявляться уже через 6 часов после инъекции, достигала максимума к 24 часам и к 48 часам уже несколько ослабевала, окончательно исчезая через 3—5 суток. Основные компоненты реакции (болезненность, гиперемии, отек и инфильтрация) очень часто наблюдались при всех трех последовательных инъекциях. В общем при местной реакции средней силы в период 18-—36 часов после инъекции на месте-ее отмечался болезненный, гиперемированный и отечный участок кожи и подкожной клетчатки размером от 4x5 до 5x7'см, в центре уплотненный и инфильтрированный. При сильных реакциях размеры измененного участка доходили до 11 х12—15x16 см; болезненность также была значительной; в некоторых случаях определялись изменения ближайших к месту инъекции лимфатических узлов (болезненность. н области локтевых узелков и заметное увеличение и болезненность подмышечных узлов); последние через сутки после инъекции наблюдались у 4,5—9,0% всех привитых.
Динамика местных реактивных изменении при противосыдногифоз-ной вакцинации также имеет значение, но имеющиеся в этом отношении наблюдения указывают на усиление местных реакций от прививки к прививке, но в то же время вносят некоторый корректив: чем больше инъекция отстоит от начала вакцинации, тем реакции не только сильнее, но и раньше развиваются (уже к 6 часам после инъекции), зато и раньше исчезают (за исключением наиболее сильных реакций). Например, болезненность на месте инъекции через 6 часов при первой прививке была. обнаружена у 59,0% привитых, а при третьей—уже у 80,0%; наоборот, через 48 часов она после первой инъекции констатировалась у 80,0%, а после третьей—лишь у 42,0% ватщинировашгых, Гиперемия при первой прививке обнаруживалась через (5 часов только у 9,0%, иосле же третьей— уже у 43,0% ;через 48 часов, наоборот, цнфры падают—91,0 и 80,0%. Наконец, инфильтрация дает соответственно через 6 часов 20,0 и 38,0%, а через 48 часов—91,0—68,0%. "Возможно, что это сравнительно раннее уменьшение силы реакции и приводило к выводу об ослаблении ее-при повторных введениях вакцины вообще.
Наиболее важным является вопрос о частоте сильных местных реакций. Большинство авторов не дает точного определения силы местных реакций; некоторые исследователи вообще находили очень мало местных реакций, но это заставляет думать, что они учитывали лишь наиболее выраженные воспалительные явления. Более точные данные о силе местных реакций мы находим у Е. П. Нерекрсстова и С. Г. Островской (4—5% средних по силе и около 1% сильных реакций) и у А. С. Кризисного и А. Ф. Комаровой (1,8—2,3%, по их определению средних реакций).

Значительной особенностью сыпного тифа во время Великой Отечественной войны было появление особой его формы, связанной с широким применением на практике новой предохранительной вакцины против этого заболевания, приготовленной М. К, Кронтовской вместе с сотрудниками (1942). Массовое применение этой вакпипы, приготовляемой, кап известно, из легких больных мышей, зараженных интраназально риккот-сиями Провачека, значительно изменило уже хорошо известное мам течение сыпного тифа и поставило перед нами ряд новых вопросов. Первым из них являлся вопрос об эпидемиологической эффективности данного метода вакцинации; два другие вопроса непосредственно касались клиницистов. Действительно, нам следовало изучить так называемую «реактивность» вакцины и определить, насколько се введение (при иол-ном курсе вакцинации) влияет на трудо- и боеспособность прививаемых. Перед нами возникла новая и еще неизвестная нам форма или, вернее, формы сыппого тифа у привитых; поэтому нам было необходимо изучить его клинику, наметить классификацию его клинических форм, дать их характеристики и разработать способы их диагностики.
«Реактивность» вакцины М. К. Кронтовской в общем оказалась умеренной, как это следует из работ (1943—1945) советских авторов и прежде всего самой М. К. Кронтовской в сотрудничестве со многими клиницистами.
Имеющиеся у нас литературные данные, а также собственные наблюдения позволяют нам следующим образом характеризовать реакцию, вызываемую у человека введением вакцины М. К. Кронтовской.
Первым следствием его является возникающая на месте введения через 20—30 секунд после инъекции жгучая боль, зависящая от содержания в вакцине 0,2% формалина; оиа усиливается в течение 1—2 минут я иногда достигает весьма значительной силы, что заставляет некоторых сольных уклоняться от повторных инъекций (Е. М. Равикович с сотрудниками, наши наблюдения). Однако эта боль длится недолго и приблизительно через 5 минут затихает; тем не менее некоторые авторы указывают на необходимость заменить добавляемый к вакцине формалин каким-либо другим препаратом (Д, С. Щастный и Н. Я. Еремеева и др.).

Помимо исследования крови, взятой, как обычно, пз кончика пальца, производится также исследование крови из укола, нанесенного прям» в розеолу, по возможности свежую и хорошо развитую (К. Я. Крауклис). Лейкоцитарная формула этой крови обычно оказывается измененной заметно больше: количество элементов характера моноцитов, выраженных гистиоцитов и плазматических клеток в ней увсличинается; они часто представляются резко атипичными; могут встречаться даже их формы деления.
Таким образом, исследование крови весьма важно для установления диагпоза сыпного тифа у привитых,
Р. И. Райиермап и С. К. Шапиро (1942) рекомендуют метод биопсии кожи, позволяющий установить у непринитых атипичные случаи сыпного-тифа с укороченным лихорадочным периодом, скудной и неясной экзантемой и отрицательной или запаздывающей реакцией Вейль-Феликеа, т. е. в сущности весьма сходные с сыпным тифом у привитых. В пределах 6—8 дней болезни биопсия кожи дала этим авторам возможность. поставить диагноз 35 больным из 39. 11а сыпной тиф указывало наличие тромбоваскулита с более или менее выраженными явлениями деструкции или хочя бы достаточно характерной нериваскулярной воспалительной инфильтрации без тромбоза и без деструкции сосудистой стенки {А. М. Тизентаузеп). Хотя метод может иметь известное значение для диагностики, однако он сложен, не безразличен для больных, отнимает много времени и требует специального патологоанатомического иссле^ дования.
Для ранней диагностики сыпного тифа у привитых наиболее важен эпидемиологический анализ заболевания.